II часть

(I часть — по ссылке)

Ужасные последствия стихийного бедствия: погибшие люди, человеческое горе и страдания, большие разрушения оказались только видимой вершиной айсберга накопившихся в нашем обществе непростых проблем.  Его основа не доступна прямому человеческому взору. Она высвечивается на фоне того, как отражаются катастрофические события в официальных СМИ и в так называемых независимых изданиях и соцсетях – в сравнении.

В первом случае – более сдержанно, без излишних эмоций, наиболее полно. Рассказывают о том, что в этой чрезвычайной ситуации делают властные структуры и как люди помогают друг другу, совершают достойные поступки. Это нормально.

А во втором – несколько другая картина: разукрашенная яркими красками негатива и сильными эмоциями, с ужасом. Картина, в которой почти не видно государственного участия в ликвидации последствий стихии. Будто люди брошены на произвол судьбы. Властей, в основном, ругают. Хотя каждый мыслящий человек знает, что такого огромного масштаба последствия наводнения без организованной государством поддержки невозможно преодолевать. Поддержку большую оказывают. Ситуация в Дагестане под личным контролем Президента страны В. Путина.
Однако о властях же в соцсетях вспоминают вскользь. В основном в негативном ключе, «с перчиком», с критикой: «Во всем виноваты чиновники, они равнодушны к проблемам народа, воруют, грабят. Того надо снять, вот того назначить». Без разбора это выкладывается в информационное пространство. Телефон – у каждого.

Власть во всех странах мира, даже в благополучной Швейцарии не обожают, отношение к ней – критическое. Наша страна не исключение. Поэтому отражаемая в соцсетях, необъективная повестка дня не случайна. Так же не случайно в результате сформировавшееся в Сети отрицательное общественное мнение.

Не секрет, что популярность соцсетей мало зависит от правдивости подаваемой информации. В них много фейков. Не редко в   них правду умалчивают или подменяют полуправдой, интерпретируются факты, сообщают изощренную ложь. В них превалируют агрессивные эмоции. И в них люди ищут и находят ту информацию, которую желают: острую, критическую.  А соцсети – пиши и говори, кто хочет и, что хочешь. Поэтому в них так много грязи, лжи. И, как ни странным кажется нам, они очень популярны.

Запретительные меры, ограничения в интернете, как показывает практика, в решении проблемы не помогают, наоборот, вызывают больше недовольств. В то же самое время есть и такой позитив: при помощи соцсетей и активных блогеров в фонд помощи пострадавшим от наводнения в Дагестане в первые 10 –15 дней поступило более полумиллиарда рублей.

Поддержать дагестанцев приехало много блогеров, среди них и Михаил Литвин. Помимо внесенных в благотворительный фонд своих личных средств, он организовал еще 5 млн. рублей от компании, с которой сотрудничает. Он призывает своих коллег оказать Дагестану помощь.

Но случился конфуз – конфликт между депутатом Госдумы С. Хамзаевым и блогером М.Литвином. На следующий же день соцсети, возмущаясь действиями парламентария, «забурлили», заполнились «хохмами». Мягко выражаясь, произошло неприятное. Но, как говорится, нет худа без добра. Дагестанцы еще раз продемонстрировали лучшие черты своего характера, доказали, что добро и справедливость для них всегда приоритетны. Дружно защитили М. Литвина, и как дорогого гостя наградили дагестанской папахой, буркой и сувениром – кинжалом. Популярность блогера выросла, а депутат в глазах публики стал антигероем. Это тоже результат действия обоюдоострой силы соцсетей. Уметь надо осторожно, с оглядкой ею пользоваться.

Наводнение в Дагестане вызвало сострадание у проживаемой аж в Монако Виктории Бони и даже у одного британского блогера (простите, имя не знаю, а сам факт примечательный), полюбившего Дагестан. Он приехал в республику, призвал всех людей мира помочь пострадавшим. Надел резиновые сапоги, присоединился к волонтерам.

А ставшая в одночасье известной миллионам россиян, благодаря одному восемнадцатиминутному видеоролику, блогер Боня задается вопросом: «Почему не было никакой помощи в ближайшие 24-48 часов, даже 72 часа? Почему только через 10 дней об этом стали говорить? Почему? Катастрофа страшная происходит». На этот ролик она собрал многомиллионные просмотры. Однако Боня допустила оплошность – немно-о-ожко приврала. Бывает. Для блогера не это главное. Хотя в таких случаях говорят: «Соврёшь — не помрёшь, да вперед не поверят».

А на самом деле о наводнении стало известно всей республике на второй же день и помощь стали оказывать оперативно. Сразу же в зону бедствия пришли подразделения МЧС по республике, а впоследствии – также из соседних регионов с необходимой техникой. Ими было спасено, как докладывал прибывший в зону бедствия министр Александр Куренков, более 200 человек. А «история с ковром, чтобы туфли высокого чиновника не испачкались» — это только глупость того, кому такая тупая идея пришла в голову. В тот день на этом месте Меликова не было.

Ролик, выложенный в одной из запрещенных в России соцсетей – это, как все знают, видеообращение Виктории Бони «от имени всего народа» к Президенту РФ Владимиру Путину. Блогер утверждает, что она не оппозиционер, а патриот, и продолжает: «И, Владимир Владимирович, мы Вас поддерживаем. Считаем Вас очень сильным политиком. Но многого Вы не знаете».

В ролике, действительно много правды. Чиновники не всю правду докладывают Президенту, но в этот раз о Дагестане было не так. А про «мазут», и про «забой скота в Сибири», и про «ограничения интернете», и про недовольство народа – это правда. Люди об этих проблемах говорили и обсуждали задолго до Бони. Не только в Сети, но и в серьезных федеральных СМИ. К примеру, в отличающемся своей качественной журналистикой и настоящим патриотизмом, объективностью авторитетном издании «Свободная Пресса». Один из его авторов образно выразился: «современный россиянин без интернета чувствует себя, как рыба без воды».

По проблеме «забоя скота», вызвавшей много протестов и противостояние, с запросом к председателю Следственного комитета Александру Бастрыкину обратился депутат Госдумы от «Справедливой России» Михаил Делягин. В запросе он просит проверить законность массового изъятия и уничтожения частной собственности (КРС, МРС) крестьян. Говорится о необходимости разобраться, кто в год главных выборов в стране устроил провокацию, чреватую массовыми беспорядками и кризисом доверия к федеральным властям? Депутат встревожен.

Внимание властей на эти проблемы обращали коммунисты. Однако ожидаемой всеми резонанса и реакции чиновников не произошло. А вот обращение блогера Бони, ранее известной по скандальному «Дому-2», произвело фурор. Я еще такого не видел. Спасибо Боне за это. Тут можно ей даже простить оплошность в оценке ситуации в Дагестане. С кем не бывает? Она же в республике не была. Поверила возбужденным, всегда не довольным любыми действиями властей токсичным нигилистам, от которых доброго слова никогда не услышать. С кем не бывает?

Справедливости ради еще скажу. Грязные оскорбления, нецензурщина в публичном пространстве, не только в адрес женщины, какой бы она ни была, это есть еще и оскорбление самой аудитории, неуважение нас с вами. Нормальный журналист никогда не допустит такого. Он знает, что при подобном его поведении в эфире ли, на газетной ли полосе – уважающая себя аудитория отторгнется, перейдет на сторону «обиженного», защитит его. И накал страстей вокруг конфликта, его глубина возрастут. Так что, миллионные просмотры ролика Бони вполне закономерны, от чего блогерша счастлива.

Касательно того, что про Дагестан она, (извините, повторюсь) все-таки приврала. Так это и для нее, Бони, проблема. Как говорится, «Единожды солгавший, кто же тебе поверит»? Серьезный, честный журналист достоверность полученной информации обязательно проверяет по альтернативным источникам.

Дальше – интереснее. При внимательном беспристрастном просмотре видеообращения, наблюдая за последующими событиями в конфликте, закрадывается подозрительная мысль: «Может это спектакль, поставленный по сценарию профессиональных пиарщиков? Уж, слишком заметны тут все основные правила технологии пиара и признаки жанра. И это – без опытного режиссера? Сомневаюсь.

Здесь все построено, как в остром произведении драматургии. Видится опытная рука профессионала. Обращает на себя внимание то, как в ходе «спектакля» искусно подменяются его тема и проблематика. О волнующих большинство населения «ограничениях интернета», «изъятии скота» и т.д. почти забыто. И на первый план выходят темы: «права женщины», «бабий бунт», конфликт Соловьева с Боней. Тут и итальянская тема – словно подброшены дрова в костер, конфликт обостряется, популярность и количество «лайков» растут, как грибы после дождя.

Это только завязка и развитие в пьесе. Кульминация наступит не скоро, и за ней сразу же – развязка. Только тогда нам откроется глубоко заложенная идея пьесы талантливых анонимных авторов – пиарщиков.

Впрочем, все это лишь интересные, метафоричные мысли вслух, похожие на правду. Как говорят, посмотрим, время покажет. Но в любом случае, блогеру Виктории Боне, ранее политикой не интересовавшейся, судя по всему, помогают умные люди, профессионалы. Мастаки в политике. Видимо, довольно влиятельные, авторитетные персоны. С их помощью ей удалось всколыхнуть, оживить в обществе что-то серьезное. И это важно.

Не важно, что некоторые полагают, что блогеру уплачено. Платить за работу надо. Придирчивые люди Викторию Боню называют «светской львицей». Она живет другой, роскошной, жизнью, нежели мы с вами все, и тратит на это огромные деньги, говорят они. Не знаю, может, и так, а может и нет. Другой автор считает, что «На самом деле проблемы России Виктории Боне до лампочки. Шестнадцать лет живет в Монако. Блогерша находится здесь в зависимом положении, поэтому запросто может отрабатывать повестку западных спецслужб». Да, она там живет, насчет патриотизма – не знаю, но насчет «западных спецслужб», думаю, – это чересчур. Наши спецслужбы сильнее – выявили бы сразу, как они это делают постоянно, разоблачая козни наших недругов.

Для меня, как для каждого гражданина, любящего свою Родину. важнее знать другое. Как это могло случиться, что голос из-за рубежа никогда не интересовавшейся политикой, как ее называют, «гламурной блогерши» был услышан сразу, на следующий же день, и ее видеообращение за несколько дней собрало рекордное количество просмотров? А многочисленные страдательные голоса с мест о тех же проблемах, озвученные в не запрещенных СМИ, и в тех же самых соцсетях, не были своевременно услышаны?

Кто Делягин, а кто Боня? Михаил Делягин – государственник, депутат Госдумы от оппозиционной партии «Справедливая Россия», доктор экономических наук и один из наших самых известных публицистов. Живет в Москве, видит все волнующие народ проблемы и пытается их решать доступным ему способом. Виктория Боня – умный блогер и талантливая модель, получившая известность как участница скандального «Дом-2». Может, оттого и ее репутацию называют «неоднозначной, спорной».

Боня живет в Монако. Это – маленькая страна-город, курорт, просто сказка, где каждый третий житель обладает миллионным состоянием. Жизнь там очень дорогая – мечта многих детей разбогатевших россиян, в т.ч. и высокопоставленных чиновников и депутатов. Они, что, тоже в ловушке западных спецслужб? Живут они и в Монако, и во Франции, Италии тоже. Мы их ругаем и правильно делаем. А почему у нас Боня находит такую поддержку?

Ни осуждать, ни поддерживать Боню не призываю, хотя в ее скандальных роликах вижу сильный коммерческий интерес. Зарабатывать больше и высказывать свое мнение — это право лично каждого. Но, наблюдая за происходящим, возникает другой, лежащий на поверхности, более важный для нас всех вопрос: «А не в том ли дело, что механизм нашей системы «обратной связи» дает сбои»?

В моем понимании, образно выражаясь, обратная связь – это скоростная магистраль с двусторонним движением «грузов» одного и того же рода из пункта «А» в пункт «Б». И в том, и в другом пунктах «грузы» «перерабатываются» и в конвертированном виде возвращаются обратно. При этом подлинность «грузов» и скорость процессов и доставки – два решающих фактора. «Конвертированный продукт» – это взаимное доверие в обществе. Сбои в котором, а отсутствие – тем более, чреваты недовольством, протестами, дестабилизацией. В худшем случае, как показывает мировой опыт, грозит «предмайданной ситуацией».

Обратная связь – это уважение и доверие властей к своему народу, их обязанность отвечать на запросы людей. А не так относиться к ней, как в известной поговорке «Собаки лают, а караван идет». Но, если, не реагировав на поддаваемые сигналы об опасности, караван продолжит двигаться по проторенному пути, то караван, может, будет и разграблен.

Обратная связь – это мощная сила, испытанный веками инструмент в эффективной управленческой деятельности любого государства.

Система управления, сложившаяся у нас сегодня, приблизительно, такая. Простыми словами: информация по ступеням «вертикали» от нижестоящего начальника поступает к его вышестоящему начальнику и так до самого верха. При этом на каждой ступени управления в докладах картина реальной ситуации зачастую «украшается», делают радужной. При докладе «на верх» главное – понравится начальнику, выглядит перед ним успешным, а какое будет принято решение – это потом. Я говорю «зачастую», не всегда.

Чтобы понимали меня не превратно, вспоминаю пятилетней давности доклад Президенту В. Путину Главы Дагестана С. Меликова. В ней руководитель региона, ничего не утаив, доложил руководителю страны об истинной обстановке в республике. Какая образовалась за последние 20 лет. Акцентировал внимание на опасную ситуацию в энергохозяйстве. Адекватное решение было принято быстро, но скорость его реализации оказалась крайне низкой. Об этом С. Меликов докладывал Президенту четыре раза, поднял вопрос и на Госсовете РФ. И каждый раз – решение в пользу Дагестана. Реализация затормаживалась в глубинах нашей славной и глубоко инертной бюрократии. Вот, только сейчас, после наводнения решено построить в Дагестане четыре мощных, дорогостоящих энергетических объекта. Реализация проекта – под личным контролем Президента.

Обратная связь — это не принуждение, не приказ, а совсем другое. Это обсуждение, диалог равных сторон для решения возникшей проблемы общими усилиями.

Жизнь научила наших людей отличать правду и настоящий диалог от подделки. Поэтому, чтобы предотвратить беду, требуют честного диалога, разговора по душам. А какой должен быть диалог власти с народом, показал недавно Сергей Меликов, на встрече с журналистами, известными блогерами, представителями общественности. Прозвучали и каверзные, откровенно провокационные вопросы. Глава республики отвечал на них, комментировал слухи честно, откровенно. Это, на самом деле, был разговор близких и равных, заинтересованных в одном и том же сторон. В благополучии Дагестана и дагестанцев. Кстати, судя по комментариям Сергея Меликова, обстановку в республике и настроения людей он изучает не только по официальным источникам, но и по соцсетям, что делает ему чести.

Абдулафис Исмаилов